ПРОЕКТ ХАРАКТЕРА

Когда к удачному жизненному старту человека приводят обстоятельства, он редко бывает готов к превратностям судьбы. Несколько лет назад Ксения Векшина и не помышляла о карьере графического дизайнера, да и вообще не задумывалась о будущем. Однако сегодня молодая арт-директор газеты «Акция» знает себе цену не только как профессионалу, но и как человеку – и не устает бороться сама с собой.

 

[кАк): Как ты решила стать графическим дизайнером?

Ксения Векшина: Так получилось, методом исключения. Большую часть своей школьной жизни я вообще не задумывалась, кем буду, когда вырасту. Родители меня пытались всячески развивать: отдали во французскую спецшколу, кроме того, до четвертого класса я занималась музыкой, играла на фортепиано...

[кАк): А почему ты бросила музыку?

КВ: Начались проблемы с французским, меня даже чуть не отчислили, – и мы решили, что надо выбрать что-то одно. Вообще язык мне давался тяжело. Потом в институте говорили, что мой уровень неплох, но в спецшколе был твердый трояк. С остальными предметами дела обстояли лучше, но не сильно. С математикой и алгеброй всегда были трудности.

[кАк): Родители расстраивались?

КВ: Да как-то не очень. Расстраивались, только когда у меня были плохие оценки по гуманитарным предметам, или когда их вызывали в школу. А с точными науками, сразу было понятно, мне не по пути. Вообще родители считали – главное, чтоб у дочки не было двоек, и она как-то определялась с планами на жизнь. А их у меня не было до девятого класса.

Как-то раз я пришла в гости к подруге, у нее на стенах висели картины. Ее собственные наброски, которые она рисовала за пять минут. И как-то мне очень захотелось самой попробовать так же, и я начала рисовать. Сначала дома, гуашью, потом в студию пошла. У нас на Чистых прудах, недалеко от школы, было что-то типа дворца молодежи, где какой-никакой настоящий художник преподавал рисунок – и взрослым, и детям.

[кАк): То есть тебя не родители наставляли, а окружение?

КВ: Все наставляли, и родители тоже, конечно. Когда я увлеклась рисунком, это мои родители узнали, что в студии на Чистых есть подходящий преподаватель. Они же потом посоветовали поступать в «Полиграф».

Quis est quis?
студенческий проект(2006)
сложноструктурная книга
2 варианта обложки

 

 

[кАк): Ты представляла, чем отличается «Полиграф» от той же «Строгановки» или «Суриковки»?

КВ: Примерно да. Я понимала разницу, и чувствовала большой пробел в собственной подготовке, ведь те, кто поступает в «Суриковку», например, с детства ходят в художественную школу, у них поставлена рука... У меня этого не было. Поэтому, чтобы заниматься пластическими искусствами, мне надо было идти каким-то другим путем. Вот я пришла в «Полиграф», стала заниматься с такими замечательными преподавателями, как Ирина Павловна Захарова, Евгений Семенович Скрынников, Александр Андреевич Ливанов. Они все говорили про «полиграфскую» школу, какие-то акценты делали. И мне это нравилось.

[кАк): Какие воспоминания об институте остались?

КВ: Теплые – о нашей группе. Ее курировали Александр Васин и его жена, Наталья Вельчинская. Оба молодые. Поэтому, наверное, и нас не воспринимали, как детей малых. Они еще не устали от преподавания, и с удовольствием передавали нам знания. Вокруг них сформировалась небольшая, но очень интересная группа – мы до сих пор общаемся, ходим к ним в гости, их мнение и сейчас для нас важно.

[кАк): А сейчас ты рисуешь, пишешь?

КВ: Практически нет. Времени не хватает. У меня есть планы, в основном. Вот, мол, летом поеду куда-нибудь в деревню, а может – в Европу, буду писать... Сейчас мне кажется, что был какой-то необходимый перерыв. Ведь в институте мы очень много рисовали. Три раза в неделю по две пары. Впрочем, сейчас время уже прошло, я ведь летом защитилась. Уже хочется.  В общем, жду отпуска.

[кАк): Что тебе дал институт? Чем ты сегодняшняя отличаешься от себя же – абитуриентки?

КВ: Мне кажется, после института я начала на вещи по-другому смотреть. В институте учили определенным правилам зрительного восприятия. Если ты их понимаешь, то потом начинаешь везде подмечать соответствия и несоответствия – в окружающем мире, в печатной продукции. Вот у меня и идея диплома был – сделать что-то из того, что мы видим каждый день, собрать это во что-то связанное с дизайном. То есть речь про похожесть на уровне ассоциаций. Мы что-то видим, и это у нас ассоциируется с другими конкретными предметами.

Приборы на кухне.
Студенческий проект

[кАк): Не очень понятно. Примеры можно привести?

КВ: Вот когда я пыталась разом вспомнить примеры, то на этом как раз и спотыкалась. Их подмечаешь в жизни в течение долгого времени, а я это никак не фиксировала.

Поэтому пришлось выбрать другую тему. В качестве первой части диплома я сделала книжку про этикет. Мне показалось, что сейчас у нас таких книг, которые было бы интересно читать всем, нет. Все книжки про этикет – они какие-то не такие: со старыми занудными текстами, или огромные энциклопедии. Молодежь, например, точно не будет такое читать. В общем, решила я сделать что-то с одной стороны полезное, с другой – современное и немного веселое.

 

 

 

 

 

 

[кАк): Такое, во что «врубится» молодежь?

КВ: Да, и молодежь. Но вообще книжка должна быть для всех.

[кАк): Я не случайно уточнил про молодежь. Ты работаешь в газете «Акция», а это молодежное издание. Тебе близка идея именно такой газеты, или интереснее перспектива работы на такое серьезное, финансовое, например, издание?

КВ: Нет, на финансовое, думаю, нет. Но в «Акции» мне нравится не только то, что это издание молодежное, но и то что оно само молодое – и развивающееся. Молодежная газета не обязательно резко отличается от того же финансового. В плане дизайна, естественно.

[кАк): Как ты попала в «Акцию»?

КВ: Как-то быстро. Я даже не успела толком по собеседованиям походить, меня сюда пригласили. Вообще сначала больше хотелось работать в журналах. Мне нравится сложная верстка, макеты, и все такое. И когда меня позвали в газету, очень обрадовалась, потому что понимала, что в журнал, например, меня все-таки сейчас вряд ли возьмут – опыта мало. Звали еще в одно место – в небольшое рекламное агентство, но я с радостью пошла сюда.

[кАк): То есть к рекламному и плакатному жанрам душа не лежит.

КВ: Нет, к плакатному лежит. И к рекламному лежит. Но там, куда меня приглашали, работа была мелкая и рутинная – рекламные модули, этикетки. Вообще плакаты мне нравятся. Я участвовала в конкурсе Post It, дошла до суперфинала – оказалась в списке финалистов по номинациям. Но до призового места не дотянула.

Плакат для конкурса Post it
тема "немое кино" (2007)

Еще в Эстонии в одном плакатном воркшопе участвовала, там нужно было сделать плакаты про то место на карте Таллина, в которое попадешь дротиком. Я попала в мемориал...

 

[кАк): А как ты стала арт-директором? Причем издания, дизайн которого отмечен международными призами.

КВ: Гран-при конкурса Всемирного общества газетного дизайна – скорее не моя заслуга, а моего предшественника и первого руководителя, Константина Лукьянова. Мы работали вместе, но он тогда очень многое сделал для газеты. А когда он ушел, мне предложили занять его место.

[кАк): Ты – начальник отдела. И как, организаторские функции арт-директора тебе близки и интересны? Или отвлекают от творчества?

КВ: Наверное, здесь столько же плюсов, сколько и минусов. С одной стороны они, конечно, отвлекают. Многое не успеваешь, расстраиваешься. С другой стороны, понимаешь, что нарабатываешь бесценный опыт. Я не собираюсь отсюда уходить, но отдаю себе отчет, что сейчас мне не страшно было бы пойти работать в любое место. Мне уже понятно, как строить коммуникации с людьми. И в этой сфере и вообще. Как взаимодействовать с людьми своей профессии, да и с другими службами.

[кАк): И как у вас с редакцией строятся отношения? С твоим вступлением в должность они изменились?

КВ: Да. Я их, можно сказать, заново выстраивала. И мне это понравилось, потому что было трудно. Константин, с которым я работала, имел свое понимание того, как делать газету. А я с ним в некоторых вещах была не согласна. Но поменять ничего не могла, только посоветовать. Тут же, когда вся ответственность легла на меня, я постаралась воплотить свое видение. Естественно, оно было не оптимальным, многое не получилось, но многое и получилось. Например, раньше у нас с планированием работ были проблемы. Мы что-то забывали, не успевали – как везде, впрочем, это происходит, насколько я понимаю. Но с этим потихоньку справляемся. Арт-дирекция стала более независимой. То есть, с одной стороны, она более четко выполняет свои обязанности, с другой – имеет определенные четкие права. Мы договорились, куда можно редакции залезать, куда нельзя. У меня получилось настоять на некоторых вещах, которые я считала правильными.

Какие-то вопросы мы теперь просто не оговариваем, из тех, по которым раньше могли долго спорить. Просто сделали так, что теперь понятно, кто за что отвечает. Конечно, это далеко не только моя заслуга, но и редакции.

Газета "Акция" (апрель 2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Технический дизайнер: Никита Качаев
Фоторедактор: Роин Бибилов
Фото: Flickr

Газета "Акция" (2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Технический дизайнер: Никита Качаев
Иллюстрация: Родион Китаев

Газета "Акция" (2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Технический дизайнер: Никита Качаев
Фоторедактор: Роин Бибилов
Фото: Magnum Photos

Газета "Акция" (2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Технический дизайнер: Никита Качаев
Фоторедактор: Роин Бибилов

Газета "Акция" (2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Технический дизайнер: Никита Качаев
Дизайнер: Петр Моргорский
Иллюстрация: Петр Моргорский

Газета "Акция" (2008)
Арт-директор: Ксения Векшина
Дизайнер: Петр Моргорский
Технический дизайнер: Никита Качаев
Фоторедактор: Алиса Кальянова
Фото: Алиса Кальянова

[кАк): Тебе нравится коллектив газеты?

КВ: Да, очень. Здесь я узнала людей, с которыми в других обстоятельствах судьба меня не свела бы. Молодые, умные, интересные, и все очень разные. И увлеченные – видно, что каждый вносит свой вклад в работу с неподдельным удовольствием, им здесь интересно. А мне – с ними.

[кАк): А не страшно было на себя административный груз взваливать?

КВ: Нет, страшно не было. Потому что я к тому моменту проработала уже больше года, знала структуру издания, как что работает. Единственно, я не была готова к предложению стать арт-директором. К тому же тогда я заканчивала институт, готовилась к диплому. Но вопрос стоял так: либо руководство ищет нового арт-директора, либо им становлюсь я.

Дипломная работа, часть2:
Фирменный стиль Московского Международного фестиваля языков

 

 

 

 

Я задумалась. И рассудила примерно так – поиски нового человека, во-первых, могут затянуться надолго. Во-вторых, неизвестно, кого найдут, может быть, мне трудно будет с ним сработаться. В-третьих, глупая ситуация, когда приходит со стороны новый руководитель, и тебе же приходится его учить. И, наконец, до его прихода я все равно де-факто буду исполнять обязанности арт-директора. Поэтому я решила попробовать. Так было проще. И интереснее. Хотя... Нет, все-таки было немного страшно. Ведь когда у меня был начальник, Константин, то он спрашивал с меня только в меру моих обязанностей. А редакция спрашивала с него гораздо больше.

Журнал "Entertainment",
приложение к газете "Акция" Арт-директор: Ксения Векшина
Дизайнер: Петр Моргорский
Технический дизайнер: Никита Качаев
Фоторедактор: Алиса Кальянова
(2008)

 

 

[кАк): У тебя есть какие-то ориентиры в профессиональной деятельности? На кого, или на что следует равняться газетному дизайнеру?

КВ: Мне очень нравится Die Zeit, немецкая еженедельная газета. Она очень большого формата. Как-то раз я разложила ее на полу и просто залюбовалась, насколько стройно она выглядит. Казалось, это такой сложный, но цельный плакат, а не газета. Конечно, Guardian нравится. Испанская, аргентинская пресса, где любят экспрессивные иллюстрации, необычное оформление, очень много нового приносит в последнее время.

 

 

[кАк): А если «Акцию» разложить на полу? Проникнешься ли гордостью за продукт?

КВ: Сразу такого чувства гордости никогда не возникает. Когда выпуск готовишь, то всегда кажется, что все делаешь в спешке, и то и это можно сделать лучше, да времени не хватает. Это объективно – актуальные редакционные материалы часто поступают под конец верстки, да и у нас своих технических проблем достаточно. И штат не такой большой, как хотелось бы... Но вот спустя время, бывает, посмотришь на полосу старого номера, и вдруг отмечаешь – а что, ведь и вправду хорошо получилось.

Приятнее всего было, когда арт-директор той же Die Zeit подошел к нам после презентации в Лас-Вегасе и сказал – «крутую газету делаете, молодцы!»

[кАк): Сама ты читаешь «Акцию»?

КВ: Стараюсь, но все прочитывать не успеваю. Впрочем, я всегда представляю ее содержание, ведь редакторы нам пишут брифы, как и положено клиентам. Там вся основная информация есть – про что текст, какие проблемы раскрывает.

[кАк): Какие-то интересы, кроме работы, у тебя есть?

КВ: Много их, наверное. Читаю книги. Люблю кататься на коньках. А еще я сейчас учусь плавать! Вообще я боюсь воды, но мне кажется, что дожить до 22 лет и не уметь плавать – нехорошо даже как-то. И у меня уже есть успехи. ...Интересно, кстати, я в последнее время почти перестала слушать музыку. Она забивает пространство. Когда я слушаю музыку, то обычно ни о чем не думаю, просто слушаю, а сейчас у меня слишком мало времени для этого.

[кАк): Но ведь книги тоже требуют времени!

КВ: Да, с чтением тоже непросто. Книги растягиваются надолго. Сейчас я, например, могу читать только в метро. Какие-то книжки нельзя читать в метро – они у меня отложены в отдельную стопку.

Артур Конан Дойль,
Шерлок Холмс, "Пропавший регбист"
иллюстрированная книга, собственные иллюстрации и фото

 

 

 

[кАк): Ты не автомобилист?

КВ: Нет, я не умею водить. Это будет следующей ступенькой самосовершенствования, до которой я доберусь, когда научусь плавать. Я немного труслива в таких вещах, и мне приходится стараться, чтобы преодолевать страхи.

[кАк): А твое директорство это тоже закалка характера?

КВ: Нет. Вода и машины – это стихия. То есть человек их вроде как укротил, но они могут выйти из-под контроля. А человеческие отношения – другое. В них я больше могу полагаться на саму себя.

[кАк): Не было ли, кстати, мысли, что у тебя достаточно знаний, чтобы учить других?

КВ: Мне кажется, я не преподаватель...

[кАк): Но ведь начальник. Ведь творческий руководитель – это тоже всегда немного учитель?

КВ: Одно дело, когда ты одному человеку что-то объясняешь, другое – большой группе. Нужно любить говорить на публику и быть центром внимания – это не про меня. Вообще преподавание при серьезном подходе требует много времени, и даже «полного погружения». А на это я не готова.

[кАк): Ты жесткий руководитель?

КВ: Не знаю. Но, честно говоря, считаю, что жесткость – необходимое качество. Руководитель должен создавать жесткие рамки, в которых происходит рабочий процесс. Установить границы раздолбайства, обозначить вещи, которые делать недопустимо.

[кАк): А к себе ты строга?

КВ: Был у нас очень хороший преподаватель рисунка и живописи, Шишков Владимир Леонидович, который очень сильно повлиял на нас на всех. Он уже с первого курса стал сильно нас ругать. Некоторым это не нравилось – вот, мы только пришли, а он на нас ругается! А мне это наоборот нравилось – я понимала, что когда человека ругают, он мобилизуется, и начинает что-то делать. Его я часто вспоминаю, когда анализирую свою работу. Просто вдруг понимаю, что если ты действительно хочешь что-то в себе улучшить, то самого себя критиковать надо не снисходительно, как многие привыкли, а очень жестко. Иначе толку не будет.

Открытки для дизайн-акции no-smile (2008)

 

Серия значков

 

Открытка для студенческого мастер-класса (2007)

Фирменный стиль ресторана "Дикое море",
студенческий проект (2006)

 

 

Награда "World's Best-Designed Newspaper" всемирного общества газетного дизайна.
Светлана Максимченко, главный редактор газеты "Акция"(справа)
Ксения Векшина арт-директор
Лас-Вегас, сентябрь 2008

архив статей

на главстраницу